Переходный конус в охотничьем ружье



Переходный конус в охотничьем ружье

Правильно сказано, что бой охотничьего ружья, в отличии от пристрелки – это стрельба стандартными патронами. Осталось лишь добавить, что стрельба при этом должна вестись из стандартного охотничьего ружья. «Кровная» связь ружья и патрона – самое интересное в науке об оружии и боеприпасах,

но в современной оружейной литературе как раз этого почему-то и нет. О том, что стандартный патрон, не значит универсальный, и о том, что результаты стрельбы во многом зависят от соответствия конкретного патрона конкретному ружью, я и хотел бы рассказать.

Длительная, иногда принимающая воинственный характер полемика о качестве современных патронов для гладкоствольного охотничьего оружия и, соответственно, о результатах стрельбы, вызывает несомненный интерес у охотников, особенно молодых. У меня же эта полемика сначала вызывала недоумение, смешанное с раздражением, а теперь только улыбку. Хотя, в принципе, не может не вызывать удивления то обстоятельство, с каким азартом включились в эту полемику и опытные охотники, и известные спортсмены, и все знающие оружейники. Берут они патроны какой-нибудь фирмы, в нашем случае «Тайгу» фирмы «Селена», и давай их склонять на свой лад: и такие они, и сякие… И в подтверждение своей правоты мишени показывают, о результатах охоты рассказывают, наукообразные выводы делают…

Сказать, что весь этот «диспут» на страницах печати не стоит выеденного яйца, значило бы обидеть скопом многих уважаемых и, хочется думать, честных людей. И заодно вызвать упреки в собственный адрес. Поэтому я просто поделюсь тем, что знаю сам, а выводы пусть делает читатель.

Советское оружиеведение (охотничье) прошло две эпохи: эпоху Бутурлина — Зернова и эпоху Блюма — Шишкина, которая, как ни странно, длится и по сей день. Главная особенность этой современной эпохи: говорить и писать о влиянии характеристик оружия на результаты стрельбы — антигосударственная крамола. О влиянии боеприпасов — пожалуйста, пишите сколько угодно, о стволах — ни-ни! И вот уже более полувека из книги в книгу, из журнала в журнал кочует одно утверждение: главное для стрельбы — это качество боеприпасов. Сказать, что это утверждение ошибочное, нельзя. Дробовой патрон влияет на результаты стрельбы. Но не более чем на 50%. Все остальное зависит от ружья, главным образом от геометрии ствола.

Охотника, безусловно, волнуют реальные показатели боя его ружья: кучность и резкость, равномерность осыпи. Если исключить патроны на уровне, явного брака (ружье «плюет»), то все современные боеприпасы обеспечивают «удовлетворительный» бой любого гладкоствольного ружья. Характеристику боя я взял в кавычки, чтобы пояснить: любым патроном можно стрелять и убивать. Насколько эффективно — это совсем другой вопрос. Если, вывести за скобки все-таки редкие нюансы, то для подавляющего большинства охотников идеалом выстрела (и, следовательно, ружья) является максимальная кучность при выдающейся резкости. Вот и занимаются они подсчетом дробинок в стодольной мишени и замером глубины их проникновения в сухую сосновую доску, меняя навески пороха и дроби, стремясь к своему идеалу.

В свое время и я с упоением предавался этому занятию, пока не понял: истоки качественного выстрела я ищу не там. Кое в чем мне помогла старинная литература, в чем-то — разговоры с умными людьми, но до главного я дошел все-таки благодаря собственному опыту и таким красноречивым фактам, что отмахиваться от них было бы просто глупо.

Тем не менее, при попытках рассказать, отнюдь не менторским тоном, о результатах своих наблюдений некоторым «продвинутым» своим товарищам по охотничьим приключениям, частенько встречал решительное неприятие. «Это — вчерашний день!», — категорично заявляли некоторые из них, при этом неустанно жалуясь на неудовлетворительные результаты стрельбы. Может быть, я и плюнул бы на бесплодные попытки, «нести знания в массы», если бы «тайны и загадки дробового выстрела уже в третьем тысячелетии не вылились бы в грубую и огульную критику хороших, в принципе, патронов.

У меня в собственности перебывало множество ружей — от простенького одноствольного ИЖ-18 до роскошного «Перде» с двумя парами стволов. С некоторыми из них я добивался изумительного по качеству боя, из других, как ни старался, удовлетворительного боя не получал. Итак, от общих рассуждений — к фактам.

В конце 70-х годов у меня было 4 ружья 12-го калибра:

ИЖ-27, год выпуска 1975, патронник длиной 70 мм, длина переходного конуса 4 мм.
ИЖ-54, год выпуска 1957, патронник длиной 70 мм, длина переходного конуса 10 мм.
«Зауэр», модель 18, год выпуска 1932, патронник длиной 65 мм, длина переходного конуса 18 мм.
Ружье бельгийского мастера Янссена, патронник длиной 70 мм, длина переходного конуса 35 мм, ориентировочное время изготовления — 1890-1910 гг.

Стрелял я отечественными патронами «Рекорд» и «Байкал» в папковых, а позднее и в полиэтиленовых гильзах, восточногерманскими «Хубертус» в папковых гильзах, а также патронами собственного снаряжения в металлических, папковых и полиэтиленовых гильзах. Навески пороха и дроби во всех патронах были, в обшем-то, стандартными: 1,9 г пороха и 32 г дроби №7. Различными были пыжи: в немецких — войлочные, в советских — древесноволокнистые, а затем полиэтиленовые. В самодельных патронах использовались различные виды пыжей.

Чтобы не утомлять читателя показателями боя каждого ружья с каждым конкретным патроном, укажу лишь на два обстоятельства: удовлетворительный бой всеми патронами показал лишь «Янссен», отвратительный — ИЖ-27. Кроме того, после стрельбы из последнего ружья средний палец руки постоянно разбивался в кровь.

Для всех ружей, помимо ИЖ-27, мне удалось подобрать патроны с устраивающим меня боем. Но как же различались эти патроны! Иметь в «хозяйстве» для каждого «стандартного» ружья персональный «эксклюзивный» боезапас — непозволительная роскошь и большая головная боль. Заинтригованный «феноменом» и стремясь во всем разобраться, я сделал то, что советовала старая литература: замерил внутреннюю геометрию стволов всех ружей. Четверть века назад мне и в голову не могла прийти мысль, что когда-то я буду писать статьи в охотничьи издания, поэтому все результаты замеров я не сохранил, но некоторые параметры запомнил как «Отче наш».

Опускаю характеристики дульных сужений, толщину ствольных стенок и некоторые другие параметры. Они, на мой взгляд, в большей степени оказывают влияние лишь на внешнюю баллистику выстрела, а я твердо убежден, что корни результативного выстрела лежат все-таки в его внутренней баллистике — процессе, протекающем на участке от среза гильзы до цилиндрической части канала ствола. Я указал размеры этого участка в краткой характеристике своих ружей.

Невооруженным глазом видно, как они разнятся, и даже малосведущему в оружии человеку становится понятно, что одним и тем же патроном одинакового боя из этих ружей не будет. Но все-таки важнейший показатель — соответствие диаметра пыжа и внутреннего диаметра гильзы диаметру канала ствола. А признак грамотно сконструированного ружья — переходный конус от патронника в канал ствола, который в хороших ружьях нивелирует незначительные расхождения в этих диаметрах.

Приблизительно одинаковые диаметры стволов у «Зауэра» и ИЖ-27 давали выстрелы, различающиеся как небо и земля. Самые «страшные» выстрелы из ИЖ-27 давали «Рекорды» с древесно-волокнистыми пыжами.

Осмелюсь предположить, что при ударе такого пыжа о, с позволения сказать, переходный конус, пыж просто разваливался со всеми вытекающими для дроби последствиями. А скачок давления пороховых газов в момент этого удара мог сломать палец стрелка.

Далее. Если наружные диаметры всех применяемых мною гильз были, в принципе, одинаковы, то внутренние разнились значительно — до 1 мм. Также значительно разнились толщина, диаметры и прочие характеристики пыжей. Появившиеся на рубеже 80-х годов всевозможные полиэтиленовые пыжи, контейнеры и пороховые прокладки отличались как по размерам, так и по эластичности материала. Некоторые пыжи проваливались в гильзы, некоторые входили в них с большим натягом, раздувая, в частности, папковые гильзы до такой степени, что, например, очень «строгий» патронник «Зауэра» их просто не принимал. «Немец» давал превосходный бой только при тщательном собственноручном снаряжении патронов с подгонкой всех комплектующих.

Удовлетворительный бой практически всеми патронами давал ИЖ-54. Из фабричных лучшими для него оказались «хубертусы». (Попавшие ко мне по случаю фирменные «Жевело» в прозрачных пластиковых гильзах с пластиковыми же пыжами показали выдающийся по кучности и резкости бой.) И как я уже отметил, старенькому «Янссену» было, по-видимому, все равно, каким патроном стрелять: при нешустованных стволах с двумя «цилиндрами» он стабильно давал хорошую равномерность осыпи и, самое главное, замечательную резкость. С ним я не знал, что такое подранок! Мне кажется, что именно для таких ружей в старину патроны можно было снаряжать из любых подручных материалов: в качестве пыжей вполне годилась газетная бумага.

Способ заделки дульца гильзы, безусловно, влияет на характер боя, но не до такой степени, чтобы уделять ему особое внимание. Например, дробовые пыжи в металлических гильзах я фиксировал обычным свечным воском и получал превосходный бой из того же ИЖ-54, потому что особое внимание уделял пороховым пыжам.

Если грубо смоделировать начальную стадию выстрела из дробового патрона получается следующая картина.

Пороховой пыж покидает гильзу и подпирая дробь, входит в канал ствола. В идеале, передняя часть пыжа должна быть в канале, а задняя еще оставаться в гильзе. В этом случае исключается прорыв пороховых газов в канал ствола с негативным влиянием на дробовой столб. Мне кажется, что именно этими соображениями руководствовались конструкторы ИЖ-27, сделав у него переходный конус всего 4 мм, Мало того, что в паспортах отечественных ружей указывалось, что для них одинаково хорошо подходят патроны и в папковой, и в металлической гильзе, так еще и патронник сделали «универсальным» — для любого «технологичного» пыжа. «Немецкий» стандарт диаметра канала ствола некоторые специалисты также объясняли «технологичностью»: просто в Ижевске работали германские станки.

Но идеал бывает только на бумаге. Немцы хорошо знали, что идеал — это когда развальцованная гильза и канал ствола образуют неразрывный идеальный цилиндр, и лишь для эффективного сгорания пороха дробовой пыж может входить в канал ствола с некоторым натягом. Но очень плавно! Отсюда и «нетехнологичные» переходные конусы в 18 мм у «Зауэра» и 35 мм у «Янссена».

У нас же получилось так, что гильзы (и пыжи) в массе своей производились в расчете на «тулки» с диаметром канала ствола 18,5 мм. Вот эти десятые доли миллиметра разницы в стандартах плюс технологические допуски и привели к тому, что охотники, особенно владельцы ижевок, стали жаловаться на качество фабричных дробовых патронов. То, что они жалуются до сих пор на производимую в Туле «Тайгу» с итальянскими комплектующими — следующая тема нашего разговора.

Почему старый «Янссен» показывал удовлетворительный бой любым патроном? Да просто потому, что в его стволах под давлением пороховых газов пыжи расширялись и обеспечивали надежную обтюрацию. (В случае с ИЖ-27 и даже с «Зауэром» пыжи сминались.) Чем эластичнее был пороховой пыж и чем он был толще, тем лучше был бой. Лучшие универсальные пыжи — из войлока толщиной 2,5-3 см. Но даже раскритикованные древесно-волокнистые пыжи могут дать удовлетворительный бой. Правда, при одном условии: я убежден, что в большой степени на качество выстрела влияет прокладка на порох. Именно она обеспечивает необходимое давление для полного сгорания пороха и обеспечивает полную обтюрацию пороховых газов, «страхуя» пороховой пыж. Прокладка из плотного, но не жесткого картона толщиной не менее 3 мм, туго входящая в гильзу, гарантирует эффективный выстрел даже при значительных «допусках» внутренней геометрии стволов. Современные полиэтиленовые пыжи, на мой взгляд, такой эластичностью и «универсальностью» все-таки не обладают. Поэтому, прежде чем ругать патроны, следует не завешивать содержащиеся в них порох и дробь, а замерить параметры пыжей и определить их соответствие патроннику вашего ружья.

И сегодня патроны для ответственных охот с дробью крупнее №7 я снаряжаю сам, используя высечки для пыжей. На глухарином току, при охоте с гончей, да и на гусиных перелетах редко приходится делать много выстрелов. Если стрелять в меру, разумеется. А мерой — независимо от «крутости» ружья — являются все те же 35, редко 45 метров. Бывают, конечно, «выдающиеся» выстрелы, когда птицу удается снять «под облаками», но стремиться к этому — бесперспективно. Уверяю вас, что на Белом море гуси надежнее всего кладутся «девяткой»! Потому что летят в 5 -10 метрах над головой.

А вот фабричные патроны советую выбирать индивидуально для каждого ружья. Для моего ИЖ-54 патроны «Тайга» вполне подходят: они дают хорошую равномерность осыпи при отличной резкости. А такой показатель, как «кучность», меня уже 25 лет как не волнует.

Справедливости ради добавлю, что, как я заметил, с уменьшением калибра ружья влияние вышеперечисленных факторов на его бой снижается: возможно, мне просто не довелось стрелять из плохих ружей калибра 20 и меньше, но скорее всего здесь имеется своя зависимость боя от геометрии стволов, длины гильзы и прочих характеристик патрона.

И последнее. Сегодня подавляющее большинство лежащих на прилавках ружей даже с большой натяжкой нельзя отнести к действительно охотничьим. В них столбик дроби беспощадно сминается дважды: при выходе из патронника и в примитивных дульных сужениях. Стрелять-то они стреляют, и убить из них можно, только при чем здесь качество дробового выстрела?

Дополнение: Из чертежа видно, что длина переходного конуса или, другими словами, его угол, который легко определяется по чертежу, оказывает существенное влияние на бой ружья. Размеры указаны в мм.

Александр СЕНЧЕНКО
«РОССИЙСКАЯ ОХОТНИЧЬЯ ГАЗЕТА», 16 мая 2001 г.

 

Source Article from http://clubhunters.ru/gunsmenu/statioorujii/46-perehokonus.html
http://clubhunters.ru/gunsmenu/statioorujii/46-perehokonus.html

Похожие записи

Добавить комментарий