Битва за Красную книгу — Русский Репортер, Мария Пази

— Будь у нас грамотное охотничье законодательство, которое должным образом исполнялось бы, можно было бы обойтись другими мерами, — сетует Софья Розенфельд. — Но у нас Красная книга — единственный способ сохранения не только животного, оказавшегося под угрозой вымирания, но и его местообитаний.


Красная книга, как мы помним с детства, — это список редких и находящихся под угрозой исчезновения животных, растений и грибов, а также мер их охраны. О ее эффективности свидетельствует то, что занесенные в книгу виды часто восстанавливают или стабилизируют свою численность. Так, Красная книга практически вытащила из могилы зубра, леопарда, тигра, аборигенную популяцию пятнистого оленя, краснозобую казарку (символ отечественной охраны природы), клоктуна и многие другие виды животных.


В создании Красной книги принимает участие научное сообщество со всей России. Каждой группой животных (рыбы, земноводные, рептилии, птицы, млекопитающие) занимается группа специалистов со всей страны: они пишут заключения, а затем предоставляют протокол с рекомендациями о занесении видов в Красную книгу. На основании этих данных создаются финальные списки, которые обсуждаются и утверждаются. На заседании комиссии в феврале 2016 года было проведено голосование по видам, предложенным ученым, однако внесение некоторых животных в список не устраивало охотников.


— Они на наш список написали кучу возражений, которые мы аргументированно опровергли, — рассказывает Софья Розенфельд. — Потом было заседание, где все эти виды были приняты к занесению в Красную книгу. И ни у кого из специалистов не возникло никаких споров и сомнений. По птицам все виды, кроме одного, прошли единогласным решением! О каких спорных видах они сейчас толкуют?


После неудачного для охотников заседания систему, которая существовала десятилетиями, начали расшатывать: зоологов решили отстранить от принятия решений. 31 августа 2017 года Минприроды изменило структуру комиссии: в нее был введен президиум — орган, наделенный неограниченной властью и по формированию комиссии, и по принятию окончательных решений. На первом же заседании всесильный президиум исключил из новой редакции Красной книги 16 исчезающих видов, которые охотники хотели оставить вне контроля — и северных оленей, и гималайских мишек.


Гималайский медведь (вернее — «наш» его подвид, уссурийский белогрудый медведь, Ursus thibetanus ussurianus) был в Красной книге с 1983 по 1998 год и на данный момент является охотничьим видом, причем «продукты» такой охоты очень востребованы в Китае. Ученая комиссия решила внести его в новую редакцию Красной книги, но Минприроды смогло отменить это решение.


— Рассмотрим ситуацию на примере гималайского медведя, — говорил директор департамента государственной политики и регулирования в сфере охраны окружающей среды Минприроды Андрей Колодкин, отвечая на вопросы РИА «Новости». — Ученые предложили включить его в Красную книгу. Однако, по данным государственного мониторинга охотничьих ресурсов, состояние популяции данного вида стабильно, на протяжении последних лет наблюдается явное увеличение его численности. Позиция ученых немного другая. Им стоило заявить, что они провели экспедицию, понаблюдали вид в течение двух-трех лет и получили следующую картину, но на сегодняшний день никаких объективных научных данных о численности гималайского медведя не представлено. В связи с этим комиссия решила отложить рассмотрение вида до появления более полной информационной базы.


Ученые же недовольны новой процедурой обсуждения и принятия решений.


— Раньше это было широкое обсуждение научной общественности, в него все и всегда были включены, — рассказывает Анна Филиппова. — И тут внезапно появился президиум комиссии, который наделили полномочиями без всякого согласования вносить в Красную книгу и исключать из нее любые виды! То есть теперь можно перечеркнуть всю работу, которую проделали ученые.


— Без широкой огласки (мы даже не были в курсе!), внутренним приказом Минприроды решило сделать президиум, откуда вывели ученых, зато ввели туда представителей охотничьих ведомств, — говорит Софья Розенфельд. Я подозреваю, что всю историю с Красной книгой, возможно, заварила нынешний председатель Росохотрыболовсоюза Татьяна Арамилева, но мне бы не хотелось, чтобы меня обвинили в клевете, так как утверждать этого определенно я не могу — не имею особого доступа к этим делам и не желаю в них вникать. Я ученый — мне важно, чтобы у нас в стране животных грамотно охраняли.


Андрей Шалыгин, охотник, владелец интернет-издания об охоте и рыбалке National Explorer, называет имена без стеснения:


— В общественных организациях нашлись люди, которые писали в Минприроды письма об исключении исчезающих видов. Это были, например, глава Росохотрыболовсоюза Татьяна Арамилева и бывший глава этой организации (ныне коммерсант, глава благотворительной ветеранской организации «Вымпел» и глава Клуба горных охотников) Эдуард Бендерский. Письма, по сути, состоят из одних и тех же фраз в разных формулировках. Там приводится завышенная, мифическая численность редких животных. Ее назвал какой-то связанный с лоббистами малоизвестный ученый, не имеющий ни научного авторитета в данном вопросе, ни исследовательской базы данных, отсутствие которой по некоторым видам официально подтверждает само Минприроды. Эти письма были направлены Сергею Донскому, министру природных ресурсов и экологии. А Донской, чтобы не попасть под раздачу за собственноручное сокращение краснокнижного списка, вопреки всем предыдущим порядкам создал новую структуру — президиум, и включил в нее Арамилеву, а еще ботаников, которые должны принять решение по животным. Понимаете?


— Насколько я знаю, на заседании никто из ученых не присутствовал, — добавляет Софья Розенфельд. — Там вообще никого, кроме чиновников, каких-то наблюдателей и Арамилевой, не было! Есть протокол, где перечислены участники заседания, — там и половины президиума не было, в том числе ботаников.


 

Источник: Битва за Красную книгу — Русский Репортер, Мария Пази

Похожие записи

Добавить комментарий